Август 2008
ЧТО ТАКОЕ СМЕРТЬ
Надо, надо об этом и поговорить и подумать. Пока от страха не избавимся — счастья не будет. Считайте, что сейчас мы лечим вашу болезнь. А лекарство-то когда сладкое бывает?
Итак, подружиться-то со смертью не то что можно — нужно. Это я не к тому клоню, чтоб вы и всякое уважение к ней теряли! Тут различать надобно, потому уважения смерть вполне достойна. Главное вот что. Давайте-ка сейчас рассудим — что же есть смерть?
Тут опять у меня закавыка выходит. Я ведь когда пишу-то книжки свои, все время в голове держу: среди моих читателей есть и верующие люди, и так — ни сопелка, ни дудочка. Есть и такие, кто в церковь не ходит, но и безбожником себя не считает. Ну, тут уж всяк себе судья, не о том речь. Просто затруднение мое вот в чем. Для верующего человека ответ на вопрос, что такое смерть, ясен как полдень солнечный. Кто верует, тот знает, что за нашей земной жизнью открывается жизнь загробная и там каждый получает по делам своим. Долго разговаривать об этом не стану — кто знает, тому и объяснять не надобно. Что зря языком молоть, священные слова так просто произносить.
А вот как же мне быть с теми, кто к верующим себя не причисляет, да и за книги мои берется с опаской — как бы бабушка не обманула? Обмана и в мыслях не держу, болезный мой. Только вижу я тебя как стеклышко. Ты хоть и думаешь, мол, ничего мне не страшно, а все же задаешься вопросом: что там, после жизни? Когда тебе про Царствие Небесное сказывают, ты только головой мотаешь. Ну,
хорошо, не дано тебе это увидать — а страх-то есть, а Черный Вихрь-то тебя в когтях держит. И при мысли о смерти ты, поди, тоже дрожишь как осиновый лист, да? Хорошо, давай и с тобой рассудим. Сядем рядком, поговорим ладком. Вот живем мы на свете и, пока мы живы, все время чем-то заняты. Работаем или ищем работу, болеем и лечимся, детей растим, родителей обихаживаем. А где же смерть? Нету ее. В жизни ее нет!
Ежели кто из близких умирает, это и верно, великое горе. Но нам-то кажется, что человек ушел, так на похоронах и говорится обыкновенно: ушел от нас золотой человек, а мы пришли с ним проститься. Он-то в смерть отправился, как в дальнюю дорогу, а мы проводили его и дальше живем, поплачем по нем, как при разлуке плачут, и помним все его добрые дела, никогда о них не забываем.
Так я говорю? Дальше рассуждаем с тобой, читатель. Значит, пока мы есть на этом свете, смерти для нас нет. Настанет твой черед, придет смерть. Но тебя-то уже нет, ты ее не видишь, не чувствуешь, не слышишь. Заранее знаешь, что о тебе будут помнить и горевать, но, когда тебя хоронят, это уже не ты — только оболочка, тело бренное. Смерть-то пришла, а как пришла, так тебя и не стало. Ты ее не увидел. Вроде как вы разминулись. Теперь спрашиваю так: при жизни ты смерть свою не видишь, а когда она приходит, тебя уже нет — так чего ж ее бояться-то?
ЧТО ЧАЩЕ ВСЕГО ВСТАЕТ У ВАС НА ПУТИ К СЧАСТЬЮ И УСПЕХУ
Тут на злого ворога кивать нечего — люди-то сами не виноваты, что счастье так просто в руки не дается. Да и я с великим сожалением, с тяжестью на сердце скажу так: в нынешнее нелегкое
время Черный Вихрь всем заправляет. Известное дело, сила он древняя, грозная, вроде бы его и уважать надо, так ведь почитай всю Россию захлестнул, окаянный. Тут ведь как — без тени-то нет света белого, и наоборот. Но, по моему убеждению, все на свете в равновесии пребывать должно. А какое ж это, скажите на милость, равновесие, когда вы, милые мои читатели, как ни тужитесь, не всегда можете с Черным Вихрем совладать. Ох, и силен стал, ох и лютенек!
По письмам вашим стало мне яснее ясного — есть еще куда силы мои приложить. Не станем-ка мы спешить. Вот спрошу вас: хоть когда видали вы, чтобы на неполотой грядке, окромя сорняков, что полезное выросло? Не бывать такому во веки веков. Вот и представьте теперь, что Черный Вихрь — это трава сорная, пырей-лебеда. Корни ох и крепкие, стебли ох и цепкие. Не выполоть его — так и будет, злодей, душить росточки вашего счастья.
Поэтому в подмогу вам я срочно написала эту книгу. Расскажу вам на ее страничках, как от Черного Вихря защититься, если никак он не отстает. Тут ведь как: не всякий человек к себе Вихрь-то этот притягивает. Сами знаете: есть люди везучие и невезучие. Один в поте лица вкалывает, а ему как не кинь, все клин — а другому удача так в руки и плывет. Многие ошибочно думают, что неудачник — непременно плохой человек, пустышка безвольная или грешник бессовестный. Но тут-то и заключается страшная ошибка людская: то ведь не человек плохой, а Вихрь над ним власть взял, дохнуть не дает. Судя по письмам вашим, несчастных таких еще ох как много на свете. Маются они — кто молча, а
кто жалуется. Кто-то борется с судьбой, а кто и рукой на себя махнул. Им особенно помощь моя нужна. Как я себе представила картину эту, сразу в голове у меня книжка новая и нарисовалась.
Работала, скажу честно, день и ночь. Тут уж не до себя было — я ж вроде как врач «скорой помощи» для вас. Да, много сил у меня ушло на книгу эту. Но теперь-то я могу спать спокойно. Не пропадете вы, дорогие мои! Изучив эту книгу, вы и без моей поддержки такой отскоч Черному Вихрю дадите, что он и близко не сунется. А главное — сможете действовать самостоятельно, каким бы боком жизнь к вам ни повернулась.
ЕСЛИ ПОЯВИЛИСЬ СЛЕЗЫ, ВОЛШЕБСТВО ИДЕТ БЫСТРЕЕ
А уж про слезыньки горючие я и вовсе молчу — все, поди, знают. Как поплачешь — и на душе легче. Бабушка мне вот рассказывала, что в деревне на похоронах, когда, к примеру, вдова или там дети покойного не плачут, не убиваются, — сразу все село: «Шу-шу-шу». Не рыдать — это считается плохо. И не только для усопшего, но и для них самих, для родни. Значит, они боль-то в себе запирают, а она, как скорпион ядо-
витый, будет их жалить в самое сердце. Тут и до хвори недалеко, не ровен час. А медики мои знакомые вот еще что сказывали на сей предмет. Оказывается, плач по покойнику в деревне-то ой как важен был! Если, опять же, у кого из родни слезы не идут, боль в горле комом стоит, то плакальщицы, которые по покойнику воют, вроде как еще и лекари для живых. Послушает такой оцепеневший от горя человек, как по усопшему убиваются, слезы льют, да и сам расплачется, растает у него страшный лед в сердце. Так что если вас припекло и слезы в три ручья льются — не пужайтесь. Это из вас грех да страх текут, и пусть текут. Это очищающие слезы!
ПОЧЕМУ МЫ РАБОТАЛИ ЛЕВОЙ РУКОЙ
Предки наши говорил так: когда левой рукой что-то делаешь, то действие это идет от самого сердца — оно ведь слева располагается, стучит-трепещет. А вот ученые люди тоже интересную вещь разузнали: оказывается, левая рука действует «от имени и по поручению» правого полушария нашего мозга. А тут в чем штука? Правое полушарие — в нем все наше воображение, все чутье наше, сиречь интуиция. Кстати, именно поэтому среди художников, музыкантов, провидцев так много левшей. (Правая рука, соответственно, от левого полушария представительствует, а оно у нас рассудочное да в чудеса не верящее.) Нам же с вами в работе нелегкой как раз и надо было поверить в чудо, даже забыть о здравом смысле и действовать, повинуясь велению сердца. Вот мы левую рученьку и трудили!
«Меня охраняет магический круг»
Чтобы Черный Вихрь не помешал вашим важным делам, очертим-ка вокруг вас волшебный круг, крепкую защиту. В старые времена в деревнях, когда мор был, так бабы впрягались в плуг и ночью всю деревню опахивали. Вам плуг не занадобится — рученьками помашем. Итак, крепко
стойте на земле, а руки поднимите над головой, как будто небесный свод подпираете. Вытянитесь в струночку, встаньте на цыпочки. А теперь, глубоко дыша, разводите руки в стороны — чертите вокруг себя круг защитный! Сверху донизу прочертите. Потом опять руки в стороны разведите и всем корпусом туда-сюда поворачивайтесь, влево-вправо. Теперь злым силам к вам доступа нет — ни снизу, ни сверху, ни слева, ни справа.
«Я не отвлекаюсь»
А теперь настало время сосредоточиться. Садимся, значит, невдалеке от окна, лицом к нему да к Божьему свету. Сосредоточьте внимание на 3—4 секунды сначала на какой-нибудь достаточно удаленной от вас точке — ну хоть на дереве за окном. Потом также поглядите на что-нибудь поближе — тоже несколько секунд. И ни на что не отвлекайтесь ни в коем случае!
